Анатомия фейка

Взаимовыгодное сотрудничество России и новой Сирии

Автор: Стригунов Константин Сергеевич

Издание Asia Times (Гонконг) опубликовало статью под названием «Интересы России в Сирии выходят далеко за рамки военных баз». В ней говорится:

«Москве, безусловно, важно сохранить за собой военные объекты, но не менее важен и символизм участия в строительстве "новой Сирии" […] Сам аш-Шараа в ходе первой встречи с президентом Владимиром Путиным подчеркнул: он рассчитывает, что Россия поможет построить "новую Сирию"»

В принципе, это здравое рассуждение. России действительно важны базы в Сирии, чтобы снабжать через них наш Африканский корпус. В то же время одними базами дело может не ограничиться. В конец концов в Сирии есть ресурсы, которые могут представлять интерес для Москвы. Так что продолжение сотрудничества в интересах обеих сторон.

Далее:

«Эту грандиозную цель […] можно охарактеризовать как совместную миссию по "государственному строительству", схожую по духу с десятками начинаний советского предшественника современной России на Глобальном Юге в годы холодной войны, но в несколько постмодернистском ключе»    

У нас появился весьма неплохой шанс построить отношения с Сирией на основе жёсткого и сухого прагматизма. Никаких подачек, только «баш на баш». Мы ‒ им, они ‒ нам, в равном количестве. Это хорошая возможность протестировать такой подход, которым на высоком уровне овладели наши геополитические враги.

После этого автор пишет:

«Прибыль, безусловно, важна, особенно учитывая, что попутная выгода для Сирии и ее народа продемонстрировала бы, что разоренные конфликтами страны могут опереться на российский бизнес при восстановлении»

Всё верно, но в то же время очень важно, чтобы такой союз не был асимметричным, т.е. не в пользу России. Отечественный бизнес может инвестировать в Ближневосточный регион или Африку, но при условии, если Россия получит с этого прибыль и/или военно-политические выгоды. Даром ничего давать нельзя.

Далее:

«Примечательно в роли России в совместном строительстве "новой Сирии" то, что многие предрекали Москве полную потерю влияния вскоре после свержения президента Башара Асада. Таким образом, партнерство аш-Шараа с Путиным послужит образцом для других государств, где Россия может столкнуться с аналогичными вызовами, — например, в постмадуровской Венесуэле или, возможно, в Иране. Они осознают, что стабильное и глубокое российское влияние им только на руку. Кроме того, сирийский прецедент доказывает, что США не всегда заставляют такие государства разрывать связи с Россией»      

Действительно, год назад казалось, что всё может закончиться очень печально в плане сохранения российского влияния и, соответственно, баз в Сирии после свержения Башара Асада. Тем не менее, как и предполагал автор этих строк, у Москвы был шанс сохранить присутствие в Сирии при условии, если новые власти получат определённые инвестиции из России. При этом аш-Шараа (аль-Джулани) оказался смышлён и понял, что Россия ему нужна не только как источник инвестиций (ресурсов), но и как мощный центр силы, на который он может опереться, чтобы не подпадать в полную зависимость от турок и американцев. Кроме того, нынешний Дамаск беспокоит Израиль, поэтому иметь кого-то в качестве буфера аш-Шарае было бы очень важно. Из этого следует, что у Вашингтона влияние на действующую власть в Сирии небезгранично.    
    
Автор отмечает:

«Воспользовавшись прагматичной моделью, предложенной аш-Шараа, государства после перехода на орбиту США смогут эффективнее предотвращать нездоровую зависимость от Вашингтона и других покровителей, укрепляя свою политическую гибкость. Ожидается, что этот показательный пример оценят по достоинству многие страны»

Совершенно верно: это разумный подход, ведь зависимость от США – есть не что иное, как отложенная катастрофа, что, к слову, показал пример с курдами, выбравшими покровительство американцев, которые тех «кинули» как только им перестало выгодным их поддерживать. Теперь курдская автономия сжалась во много раз. Что ж, поделом. Гораздо более умные акторы в регионе поняли, как опасно попадать в зависимость только от одной силы, особенно от США, и выстраивают более сложную систему маневрирования, чем повышают их политическую устойчивость и физическую выживаемость.

В завершение автор пишет:

«Если государственные и негосударственные организации станут свидетелями взаимовыгодного сотрудничества между Москвой и Дамаском под началом новых властей, "мягкая сила" России в международном мусульманском сообществе (Умме) окрепнет. В целом расширенная роль России в совместном строительстве "новой Сирии" отвечает ее интересам гораздо больше, чем простое сохранение военных баз, хотя их значения, безусловно, никто не умаляет. Россия стремится расширить деловую активность, привлечь к сотрудничеству широкий круг стран и продемонстрировать преимущества, которые ее бизнес может принести партнерам, укрепляя свою "мягкую силу". Все эти цели не только разумны, но и достижимы»

Действительно, Россия оказалась во многом в уникальном положении, поскольку имеет связи как с суннитскими странами, так и с шиитскими. Соответственно у неё есть все шансы стать эффективным посредником между ними, что автоматически поднимет авторитет Москвы в мусульманском сообществе. В целом, вывод о том, что роль России в построении «новой Сирии» выходит за рамки только баз, представляется верным. Главное этой возможностью грамотно воспользоваться. И практически нет сомнений, что прошедшая в Москве встреча Президента России с аш-Шараа далеко не последняя.

P.S. Вместе с тем хотел бы добавить, что нужен поиск альтернативных мест для военно-морских и военно-воздушных баз. Сирия всё так же продолжает оставаться нестабильной страной с присутствием радикальных исламистов, в т.ч. не подконтрольных нынешнему Дамаску. Если такая возможность представится и при наличии ресурсов, то лучше последовать совету «не класть яйца в одну корзину».